Анна Винтур — легендарный редактор Vogue, которая прошла путь от жесткой критики и увольнений до статуса самой влиятельной женщины в модной индустрии. Она изменила стиль журнала, сделав его модной Библией, формировала тенденции, открыла миру новых дизайнеров и повлияла на глобальную фэшн-сцену своим непоколебимым, но эффективным руководством. Историю успеха культовой иконы стиля читайте далее на newyorkski.info.
Графская кровь и дух бунтарки
Анна Винтур родилась 3 ноября 1949 года в Хэмпстеде (Лондон), в семье редактора Чарльза Винтура и филантропки Элинор Трего Бейкер. Девочка росла в окружении влиятельных предков, среди них были британские генералы, политики и даже графы. С ранних лет Анна проявляла независимость: она смело нарушала школьные правила, проводила собственные модные эксперименты и с 14 лет носила стрижку боб — образ, который стал ее визитной карточкой на всю жизнь.
Юная Винтур была одержима модой, следила за телешоу и американскими журналами, которые присылала бабушкой. Она обожала мир лондонских клубов 1960-х годов, где тусовались Beatles и Rolling Stones. При этом влияние строгого и талантливого отца сформировало ее управленческий стиль и стремление к совершенству, которые позже сделали Анну знаменитой.
Первые шаги в мире моды
Анна Винтур всегда считала, что ее будущее было предопределено.
«Я думаю, что мой отец действительно решил за меня, что я должна работать в моде», — признавалась она.
Именно он устроил ее на первую работу в культовом лондонском бутике Biba, когда Анне было всего 15. Уже через год она бросила школу, начала стажировку в Harrods и, по настоянию родителей, попыталась пройти курсы моды, но быстро их бросила, дерзко заявив:
«Ты либо знаешь моду, либо нет».
Будучи подростком, Анна получила первые уроки от своего парня Ричарда Невилла, соредактора скандального журнала Oz. В 1970 году ее официальный старт в модной журналистике состоялся в Harper’s & Queen. Там молодая Винтур сразу заявила коллегам, что однажды хочет возглавить Vogue. Она быстро создала круг влиятельных знакомств, открыв для журнала модель Аннабель Годдин и привлекая к съемкам таких фотографов, как Хельмут Ньютон и Джим Ли.
Конфликты с редактором Мин Хогг ускорили переезд Анны в Нью-Йорк. Там в 1975 году она стала младшим модным редактором Harper’s Bazaar, но ее слишком инновационный подход стоил ей работы уже через девять месяцев. Вскоре Анна получила должность в журнале Viva, где впервые смогла нанять собственного ассистента, заложив репутацию требовательного и педантичного руководителя.
Когда в 1978 году Viva закрылся, Винтур взяла паузу и два года жила между Парижем и Нью-Йорком. Ее возвращение в профессию состоялось в 1980 году — она стала модным редактором нового журнала Savvy, ориентированного на амбициозных профессиональных женщин. Эту аудиторию она позже приведет и в Vogue.
В 1981 году Анна присоединилась к журналу New York, где ее смелость проявилась в полную силу. Она приносила собственную мебель, экспериментировала со стилем подачи материалов и первой в редакции поняла силу обложек со знаменитостями. Именно в это время бывший коллега организовал ей встречу с редактором Vogue Грейс Мирабеллой. Интервью завершилось резко: Анна откровенно сказала, что хочет ее должность. С этого момента ее путь к руководству Vogue стал лишь вопросом времени.
Архитектор эпохи Vogue
В начале 1980-х годов Винтур оказалась в редакции Vogue по приглашению легендарного Алекса Либермана. Ее новая должность креативного директора была нечеткой по обязанностям, но очень быстро все поняли: Винтур — человек действия. Она меняла верстку, концепции и стилистику так стремительно, что главный редактор Грейс Мирабелла нередко узнавала об этом постфактум. Команде это не нравилось, но Винтур уже тогда строила имидж женщины, которая не оглядывается назад.
В 1985 году Винтур назначают главным редактором British Vogue. Она без колебаний обновляет команду, резко меняет стиль журнала и отходит от традиционной британской эксцентричности. Анна видела новую читательницу — деловую, практичную женщину, которая хочет быстрых ответов, а не красивых абстракций. Именно этим путем она и повела журнал.
В 1987 году Винтур возвращают в Нью-Йорк, чтобы возглавить House & Garden. Ее методы снова были радикальными: массовые изменения в команде, отказ от дорогих фотопроектов и масштабный перезапуск. Она наполнила журнал модой и знаменитостями настолько, что в индустрии его прозвали House & Garment. Однако читателям это не понравилось — подписки падали, рекламодатели уходили. Через десять месяцев Винтур перевели на новый уровень. Она становится главным редактором U.S. Vogue.
С первых дней Анна разрушила традиционный формат обложки. Вместо безупречных портретов топ-моделей в студиях — живые снимки, движение, случайность, улица, новые лица и совершенно неожиданные комбинации одежды. Ее знаменитый первый выпуск (1988) с Микаэлой Берку в дешевых джинсах и роскошной дизайнерской футболке стал революцией. Винтур установила жесткий визуальный контроль, ни одна съемка не начиналась без ее одобрения. Текст ей был менее интересен, но фото — всегда в приоритете.
Эпоха Винтур в Vogue длилась более трех десятилетий:
- 90-е: борьба за первенство.
Под руководством Анны Vogue вернул себе позицию главного модного журнала. Конкуренты (Elle, Harper’s Bazaar, Mirabella) пытались перехватить аудиторию, но именно Vogue задавал тон.
- 2000-е: империя бренда Vogue.
Период расширения. Появляются Teen Vogue, Vogue Living, Men’s Vogue, каждый из которых был амбициозным и прибыльным. В 2004 и 2007 годах выходят рекордные сентябрьские выпуски на сотни страниц.
- 2010–2020-е: статус легенды.
Анна получает новые полномочия: становится художественным руководителем Conde Nast и глобальным директором контента. В ее честь называют Институт костюма Метрополитен-музея. Она входит в списки самых влиятельных женщин мира, получает британские титулы и американскую Президентскую медаль Свободы.
Даже после ухода с поста главного редактора в 2025 году Винтур сохраняет ключевую роль в международном Vogue. Анна не просто редактировала журналы — она формировала представление мира о моде, стиле и роли женщины в медиа. Ее решения были смелыми, иногда спорными, но всегда влиятельными.
Феномен «Дьявол носит Prada»
Тема отношений Анны Винтур с романом и фильмом «Дьявол носит Prada» давно стала частью ее мифологии. История, начавшаяся как опыт молодой помощницы, превратилась в глобальный культурный феномен, который одновременно и высмеивал, и усиливал имидж Винтур.
Лорен Вайсбергер, бывшая ассистентка Винтур, написала роман «Дьявол носит Prada» после года работы в Vogue. Читатели ждали инсайдерского разоблачения, а журналисты внимательно следили, будут ли они узнавать в героине Миранде Пристли саму Винтур. Анна реагировала сдержанно, иронично заявив The New York Times:
«Мне всегда нравится отличная художественная литература. Я пока не решила, буду ли это читать».
Вайсбергер настаивала, что роман — это микс ее собственных историй и опыта знакомых, а не буквальный портрет главного редактора Vogue. Однако совпадений было слишком много, чтобы их игнорировать. Во время производства фильма ходили слухи, что Винтур якобы предупреждала дизайнеров, что Vogue не поддержит тех, кто появится в ленте. Она это отрицала. В результате в кадре появился только Валентино Гаравани.
Фильм имел невероятный успех. Мерил Стрип создала образ Пристли, который был более сдержанным, глубоким и человечным, чем книжная версия. Офис ее героини был настолько похож на кабинет Винтур, что Анна, по слухам, даже обновила интерьер после просмотра фильма.
Биограф Джерри Оппенгеймер писал, что «Дьявол носит Prada» превратил Винтур в икону поп-культуры: о ней говорили в торговых центрах, школьных столовых и маленьких городах, где Vogue никогда не был частью реальности.
Почти через двадцать лет после премьеры первой части стало известно, что фильм получит продолжение. Мерил Стрип снова вернется к образу Миранды Пристли. Премьера «Дьявол носит Prada 2» запланирована на май 2026 года.
В 2009 году также вышел документальный фильм «Сентябрьский номер» — реальный взгляд на создание самого большого номера Vogue. На экране Винтур была сдержанной, уверенной и невозмутимой — человеком, который управляет модной империей без эмоциональных вспышек, приписанных ей поп-культурой.
И роман, и фильм, и дальнейшие интерпретации образа Миранды Пристли одновременно высмеивали и укрепляли влияние Анны Винтур. Они сделали ее имя частью мировой поп-культуры, а ее холодная манера — символом редакторской власти. И хотя вымысел часто преувеличивал реальность, он не навредил Анне, а, наоборот, превратил ее в легенду, о которой знают даже те, кто никогда не открывал Vogue.