Лорен Бэколл была одной из ведущих актрис Золотого века Голливуда, стоя в одном ряду с Мэрилин Монро и Ритой Хейворт. В этой статье на newyorkski.info мы погрузимся в её захватывающую историю: от судьбоносной обложки Harper’s Bazaar до культового романа с Хамфри Богартом, триумфа на Бродвее и статуса иконы стиля и феминизма.
Обложка, открывшая путь в Голливуд
Будущая звезда родилась 16 сентября 1924 года в Нью-Йорке в семье еврейских иммигрантов из Польши и Румынии. При рождении она получила имя Бетти Джоан Перске. Когда девочке было всего пять лет, отец-алкоголик ушел из семьи. Воспитанием Бетти занималась мать и многочисленные родственники. Позже они с матерью взяли девичью фамилию бабушки — Бэкол (Bacall), добавив вторую букву «л» для более легкого произношения. Несмотря на бедность, девочка с ранних лет бредила театром. Она даже устроилась работать билетершей, чтобы иметь возможность смотреть на выдающихся актеров того времени.
Чтобы оплатить учебу в Американской академии драматического искусства, Бетти пошла в модели. Её жизнь круто изменилась, когда на девушку обратила внимание влиятельная Диана Вриланд, редактор Harper’s Bazaar. Вриланд поместила 18-летнюю Бетти на обложку мартовского номера 1943 года. В отличие от типичных лучезарных моделей тех лет, Бэколл выглядела серьезной. Её пронзительный взгляд опередил свое время и во многом предвосхитил современный «подиумный» образ.
Именно эта обложка попалась на глаза Слим Хоукс — супруге влиятельного голливудского режиссера Говарда Хоукса. Слим сразу поняла: это абсолютно типаж её мужа. Хоукс привез девушку в Голливуд, подписал с ней контракт и принялся лепить из неё идеальную героиню для своих фильмов. Он настоял на сценическом псевдониме Лорен и заставил её заниматься постановкой голоса, чтобы сделать тембр ещё более низким и бархатным.
Первый фильм и любовь всей жизни
Дебют Лорен Бэколл состоялся в картине Хоукса «Иметь и не иметь» (To Have and Have Not, 1944), когда актрисе было всего 19 лет. Режиссер решил поставить свою новую протеже в пару с одной из главных звезд эпохи — 44-летним Хамфри Богартом.
Для юной дебютантки съемки обернулись настоящим стрессом. Позже она вспоминала:
«Я была совсем ребенком и до смерти боялась всех этих профессионалов вокруг… У меня тряслась голова, тряслись руки. И тогда я поняла: если опустить подбородок и посмотреть исподлобья, дрожь будет незаметна».
Этот вынужденный трюк превратился в её фирменный взгляд — идеально выверенную смесь застенчивости и соблазна, которая стала её визитной карточкой на всю жизнь.
В этом же фильме прозвучала одна из самых знаковых реплик в истории кино. Играя Слим, независимую девушку с темным прошлым, Бэколл говорит герою Богарта:
«Вам не обязательно что-то говорить. Разве что свистнуть. Вы ведь умеете свистеть, Стив? Просто складываете губы и дуете».
Сцена получилась настолько напряженной и революционной, что режиссер прямо на ходу изменил оригинальный сценарий. Изначально персонаж Богарта должен был закрутить роман с другой женщиной, но Хоукс просто не мог проигнорировать невероятную «химию» между актерами.
Служебный роман Бэколл и Богарта перерос в одну из величайших историй любви в Голливуде. В то время актер состоял в несчастливом браке со своей третьей женой, актрисой Майо Метот. Из-за её алкоголизма и постоянных скандалов супругов в прессе прозвали «дерущимися Богартами».
Поначалу влюбленные встречались тайно: в припаркованных на темных улицах машинах или в перерывах между дублями. Они называли друг друга «Слим» и «Стив» — именами своих экранных героев. Несмотря на скепсис голливудской тусовки из-за 25-летней разницы в возрасте, 21 мая 1945 года пара сыграла свадьбу на ферме друзей в Огайо. На церемонии Богарт даже плакал от счастья.
Позже они снялись вместе еще в трех классических нуарах: «Глубокий сон» (1946), «Черная полоса» (1947) и «Ки-Ларго» (1948). Однако выйдя замуж, Лорен сознательно отодвинула карьеру на второй план, чтобы посвятить себя семье и воспитанию двоих детей — Стивена и Лесли. О своем решении она никогда не жалела.
«Слава Богу, что я поставила наш брак на первое место, ведь он продлился не так уж долго».
Их союз оборвался трагически: в 1957 году Хамфри Богарт скончался от рака пищевода. Лорен Бэколл овдовела в 32 года.
Икона стиля, силы и принципов
Современному зрителю может показаться странным называть Бэколл феминистской иконой, учитывая, что она пожертвовала амбициями ради брака с мужчиной намного старше себя. Тем не менее её влияние ярко проявлялось как в экранных образах, так и в твердой жизненной позиции.
В картине «Иметь и не иметь» её Слим не была стереотипной плохой девчонкой, которую в финале ждет тюрьма или гибель. Она выступала полноправным партнером и инициатором отношений: сама предлагала деньги, первой целовала героя Богарта и вела его за собой. Бэколл сломала традиционные гендерные коды, став скорее главным героем, нежели героиней, виртуозно сочетая женственность с мальчишеской дерзостью.
Кроме того, Бэколл и Богарт стали одними из первых голливудских звезд-активистов. В 1947 году они вошли в число основателей «Комитета в защиту Первой поправки» — объединения кинематографистов, которое выступало против антикоммунистической «охоты на ведьм», развернутой Комиссией по расследованию антиамериканской деятельности (HUAC). Рискуя карьерой, супруги отправились в Вашингтон, чтобы публично осудить методы комиссии и отстоять свободу слова. И хотя позже, под колоссальным давлением студий и общественности, им пришлось дистанцироваться от коммунистов, этот поступок доказал: они были людьми с чистой совестью.
Влияние Лорен на индустрию моды оказалось не менее мощным, чем на кинематограф. Музей Технологического института моды (FIT) в Нью-Йорке даже посвятил отдельную выставку её стилю, который сама актриса называла «продуманной небрежностью».
У Бэколл был чисто нью-йоркский подход к гардеробу: практичный, но безумно шикарный. Она предпочитала строгий крой и классические силуэты, избегая излишнего декора, вульгарности и сложных высоких причесок. Даже в простых брюках и базовом джемпере она излучала невероятную чувственность, будучи полной противоположностью откровенной сексуальности Мэрилин Монро.
Актриса носила вещи от таких выдающихся кутюрье, как Норман Норелл, Кристиан Диор, Ив Сен-Лоран и Эмануэль Унгаро, но делала это по-своему. Её умение сочетать голливудский гламур с мужской силой было уникальным. Неудивительно, что в 1995 году Совет модельеров Америки (CFDA) удостоил её престижной награды «Икона моды».
Триумф на Бродвее и позднее признание
После смерти Богарта Лорен пришлось собирать свою жизнь по кусочкам. В 1961 году она вышла замуж за актера Джейсона Робардса, от которого родила сына Сэма. Однако и этот брак был омрачен тяжелым алкоголизмом мужа и закономерно завершился разводом в 1969 году.
Настоящее творческое возрождение актриса нашла на театральных подмостках.
«Выйдя на сцену, я наконец почувствовала, что стала самой собой», — признавалась она.
Блистательные выступления на Бродвее принесли ей две премии «Тони» за лучшую женскую роль в мюзиклах «Аплодисменты» (1970) и «Женщина года» (1981).
В последние десятилетия жизни кинокарьера Бэколл также обрела второе дыхание. Роль властной и самовлюбленной матери героини Барбры Стрейзанд в фильме «У зеркала два лица» (1996) принесла ей первую и единственную номинацию на «Оскар», а также статуэтку «Золотой глобус».
Справедливость восторжествовала в 2009 году, когда Американская киноакадемия всё же вручила ей почетный «Оскар» за выдающийся вклад в кинематограф. Правда, позже актриса признавалась, что благодарственная речь стала для неё едва ли не худшим воспоминанием. От волнения она почти всё время говорила о Богарте и совершенно забыла упомянуть своего второго мужа Джейсона Робардса и их сына Сэма, который в тот момент сидел в зале.
«То, что должно было стать одним из лучших дней в моей жизни, обернулось одним из худших», — с грустью отмечала она.
Лорен Бэколл продолжала активно работать до глубокой старости. Она снималась у Ларса фон Триера («Догвилль», «Мандерлей») и озвучивала анимационных персонажей — например, в шедевре Хаяо Миядзаки «Ходячий замок» и сатирическом мультсериале «Гриффины». Актриса ушла из жизни 12 августа 2014 года в возрасте 89 лет в своей нью-йоркской квартире, оставив после себя троих детей и статус абсолютно непревзойденной легенды.
Её жизнь — это вдохновляющая история о том, как робкая девочка из Бруклина превратилась в мировую икону, которая не просто покорила большие экраны, но и стала живым символом женской независимости, безупречного вкуса и гражданского мужества.